Давайте рассуждать о кризисе Голливуда, не видя ни одного фильма!
Михаил Жванецкий
Чего боятся французы
Уже не первое десятилетие Европа бьет тревогу: засилие американского кино угрожает развитию национального кинематографа. Самое сильное беспокойство проявляют французы: они оказываются на переднем краю среди стран, попадающих под влияние из-за океана. Меры, принимаемые французским правительством по ограничению показа американских фильмов, сравнимы только с нашими доперестроечными реалиями. Но ведь Франция – одна из самых развитых и самых демократичных стран Старой Европы, разве ей есть, чего бояться?
Французы, чья культура развивается непрерывно с тех самых времен, когда эта страна была самой развитой в мире, понимают одно: монополярный мир дает лишь один путь развития, обрубающий все альтернативные ветви, в которых можно найти спасение, если основной путь окажется ложным. Монополярность современного мира проявляется во всем, в том числе и в культуре. Мало того, что слова из чуждого языка, возникшего в результате невероятного смешения самых разных наречий, наводняют родную для русского или француза речь – на нас обрушивается заокеанская массовая культура, которая волей или неволей увлекает за собой все европейские страны. И в первую очередь это отражается на кинематографе, давно ставшим самым массовым из всех видов искусства.
Нынешний кинематограф тоже монополярен. У него есть известная всему миру столица – Голливуд. Эту столицу мечтают покорить и начинающие американские актеры, и признанные европейские знаменитости. Голливудское кинопроизводство стремительно набирает обороты: растут затраты на создание фильмов, растут баснословные гонорары ведущих кинозвезд. Казалось бы, «Фабрика грез» переживает расцвет. Однако тревожный опыт, накопленный историей, подсказывает, что за каждым расцветом кроется опасность упадка. Нужно только понять: в каком направлении развивается голливудский кинематограф? Куда он влечет за собой весь остальной мир: в небеса или в пропасть?
Современное кино: деградация или развитие?
С одной стороны, кино развивается. Его развитие идет по пути специализации: появляются новые жанры, постоянно происходит их углубление, поиск новых сюжетных линий. Это развитие находит свое выражение и в языке: в последнее время мы заимствуем множество американских терминов вроде «блокбастер» или «сиквел», смысл которых до сих пор ясен не всем.
С другой стороны, нельзя не заметить одновременную деградацию кинематографа. Рыночная экономика заставляет его угождать вкусам самой широкой аудитории, которые почти всегда откровенно оставляют желать. Наибольшие кассовые сборы делают боевики вроде «Терминатора», появление очередной серии которого выдается за событие чуть ли не вселенского масштаба.
Угождая низкопробным вкусам, Голливуд сам роет себе яму. Ведь он не просто следует запросам толпы кинозрителей – он сам активно формирует их. Таким образом, требования кинозрителей идут вслед за той жвачкой для глаз, которой кормят их студии. Компьютерные спецэффекты становятся самоцелью, превращая кинофильм в подобие мультика. За количеством «популярных» актеров невозможно уследить – одно за другим мелькают ничего не говорящие иностранные имена, которые трудно отличить одно от другого.
Предчувствие Великого Кризиса
Рано или поздно должен настать момент, когда следование дурному вкусу дойдет до критической точки. Массового зрителя начнут кормить такой откровенной чушью, что дальше идти будет некуда. Наступит Великий Кинематографический кризис, который приведет к опустошению всемирно известного местечка под названием Голливуд.
Впрочем, под влиянием специализации зрительской аудитории тоже не избежать расслоения. Ведь и «элитные» зрители не будут забыты: для них тоже будет делаться свое кино, причем чем дальше будет идти его развитие, тем более «элитным», то есть попросту говоря малопонятным, будет оно становится.
Неизбежно наступит время, когда кучка продвинутых интеллектуалов окажется в резкой оппозиции аудитории массовых жанров. Зрители перестанут понимать друг друга: они будут жить в разных мирах, общение между которыми станет почти невозможным. Таким образом, элитное кино станет окончательно недоступным для массовой аудитории, а массовое – совершенно неприемлемым для элиты. Высоколобая заумь заведет в тупик и последних: чем более малопонятными будут становится фильмы, тем меньше будет оставаться зрителей, способных адекватно воспринимать их. В конце концов их число окажется неспособным окупить затраты на кинопроизводство.
Положение сможет спасти только прорыв этих двух замкнутых категорий, их взаимное обращение друг к другу. Но будет ли оно возможно тогда, когда люди погрузятся во взаимное недопонимание?
Некоторые режиссеры уже сейчас пытаются найти золотую середину между двумя направлениями. Таков знаменитый американец Вуди Аллен, снимающий «умные комедии». Один из его последних фильмов называется «Конец Голливуда» - в нем автор, предчувствующий ту пропасть, в которую катится так хорошо известный ему американский кинематограф, высмеивает механичность съемочного процесса, руководить которым может даже слепой.Вдалеке от Голливуда
Возникает закономерный вопрос: может быть, кинематограф других стран спасет ситуацию? Ведь есть же европейское кино, да и наше отечественное, в конце концов. Есть-то оно есть, да только кто же его смотрит, кроме нас самих? Ведь и наши киношники, следуя американской моде, пытаются кормить нас «антикиллерами». «Терминаторов» же у нас не снимают только потому, что такие фильмы нашим не по карману.
Однако случаются и исключения. Знаменитый сериал «про ментов» не копирует западных образцов. Причина его необычайного успеха в том, что в нем показана наша российская действительность. В отличие от советского кино, носившего воспитательный характер, он показывает персонажи и их будни такими, какие они есть. Мы видим не благородных и безупречных сотрудников уголовного розыска, а самых обыкновенных людей с их слабостями и мелкими неурядицами, которые занимаются давно уже ставшей для них будничной работой. Жизнь, показанная нам в сериале, легко узнаваема: мы видим не «правильных» до нереальности киногероев, а хорошо знакомых нам «ментов».
Тихие омуты Эльдара Рязанова
Фильм «Тихие Омуты», снятый Эльдаром Рязановым, поражает – настолько лиричное и плавное течение киноповествования не соответствует духу нашего времени. Время требует от нас суматошной гонки за достижениями, всюду внушается, что главное в человеке – это лидерские качества, а кто их лишен – тот отстающий, неудачник. Цель гонки вроде бы ясна – это жизненный успех, состоящий из богатства и славы. Однако как добиться этого богатства, пока неясно, поэтому многие неокрепшие умы, поддавшись на этот ложный дух времени, выбирают кратчайший путь – криминальный.
Филь Эльдара Рязанова никуда не торопит и никуда не зовет. Это фильм о простых человеческих чувствах, хотя люди в нем непростые: главный герой – академик и знаменитый врач. Действие его разворачивается в российской глубинке. Тихая и ясная глубина, с которой автор показывает переживания людей в наше бурное время, настолько выбиваются из общей картины снимаемых ныне фильмов, что позволить себе такое мог, наверное, только мэтр ранга Рязанова. Ведь если бы подобный фильм снял кто-то из новичков, то ему заявили бы, пожалуй, что «сейчас так никто не снимает» - ведь в кадре не появляются ни «антикиллеры», ни мафиози.
Хорошие актеры и плохое кино
Никита Михалков как-то обмолвился, что Арнольд Шварцнеггер – вообще не актер. Точка зрения мэтра понятна: в течение всего фильма Арни ходит по экрану с каменной физиономией, мочит всех, кто под руку попадется и изрекает плоские шуточки. Актерского дарования у него действительно не заметно. В этом смысле фильмы про Терминатора для него – настоящая находка. Робот-убийца не должен иметь человеческих черт – это машина с лицом Шварцнеггера. Изображать человеческие чувства, переживания, страдания не только излишне, но и вредно для роли. И именно этот актер стал кумиром подростков по всему миру!
Между тем сам Шварц – далеко не такой «каменный», каким кажется в своих фильмах. Это подтвердило и его избрание на пост губернатора самого развитого из американских штатов – Калифорнии. Это хорошо образованный и интеллектуальный человек с отличным чувством юмора. Он действительно мог бы служить примером – но не такой, каким он предстает на киноэкране, а такой, какой он есть в жизни.
Другой великолепнейший американский актер – Брюс Уиллис – стал богатым и знаменитым только после выхода туповатого боевика «Крепкий орешек». Такие фильмы ставят перед собой только одну цель – «обчесать» аудиторию, сделать как можно больший кассовый сбор. А ведь Уиллис – чрезвычайно талантливый и тонкий актер, которому отлично даются и комедийные, и драматические роли. Многие ли помнят фильм «Nobody’s fool» режиссера Роберта Бентона (в русской версии он шел под названием «Без дураков»)? Брюс играет в нем далеко не главную роль. Но вместе с ним в этом фильме снимаются Пол Ньюмен и Мелани Гриффит. В этом фильме мы видим то, что еще в прошлом, двадцатом веке называли настоящей Америкой – маленький городок, в котором течет размеренная жизнь, и людей, совсем не похожих на киногероев. Их заботят не подвиги и приключения, которыми зритель сыт уже по горло, а простые человеческие переживания, из которых на самом деле и состоит наша жизнь. Этот фильм, такой «неголливудский» по своему характеру, на самом деле дает представление о том, что американский кинематограф еще жив и состояние его не безнадежно.
Складывается парадоксальная ситуация – хорошие актеры вынуждены сниматься в плохих фильмах, и только этим они могут снискать себе популярность. Что это, как не свидетельство кризиса?
Road to Hell
Когда я был мальчишкой, меня искренне удивляла привычка американцев брать с собой в кинотеатр попкорн. Разве можно жевать, созерцая произведение киноискусства? Этого я никак не мог понять. С тех пор прошло много лет, и я понял простую вещь: кино давно перестало быть искусством. Теперь это массовый продукт одноразового использования. Фильмы, выпускаемые ныне Голливудом, не оставят после себя воспоминаний.
Америка задает тон во всех сферах, и прежде всего – в массовой культуре. Само собой разумеется, что и российский кинематограф пытается угнаться за американским. Однако правилен ли этот путь? Ведь любая безудержная гонка рано или поздно кончается пропастью. Не следуем ли мы за теми, кто ведет нас к блестящему краху?
Денис Морозов, газета "Телеантенна"